Поиск на «Русском кино»
Русское кино
Нина Русланова Виктор Сухоруков Рената Литвинова Евгений Матвеев

Комедия "Не горюй!"

Художественный фильм Не горюй!
Художественный фильм Не горюй!

Неисповедимы пути комедии

Законы комедии, как и законы юмора, неисповедимы. С присущей им страстью к систематизации искусствоведение и литературоведение не раз пытались разложить этот капризный жанр по привычным полочкам, раз и навсегда определить его стилистику: комедия сатирическая, эксцентрическая, лирическая, трагикомедия, комедия ситуаций, комедия характеров... Много было рассуждений о том, что можно и чего нельзя в комедии, нащупывалиеь и утверждались ее принципы и границы... пока новое, яркое, талантливое произведение не разрушало этих с трудом собранных воедино кирпичиков теории. И так было не раз. Вспомним фильм известного французского комедиографа Жака Тати "Время развлечений". Фильм этот окончательно перевернул утвердившиеся понятия о необходимости напряженного, стремительно развивающегося действия в комедии и был, пожалуй, первым в мировом кинематографе образцом бессюжетной комедии. Значит, могут быть и такие драматургические пути юмора?

Итак, медлительный и строгий "поток жизни", и стремительное сюжетное развитие, комедийные бытовые и психологические детали, вкрапленные в жизненный поток, и отчаянный по своей смелости и условности гротеск, и великое множество других стилистических решений допускает сегодня комедийный жанр. Произошло это потому, что на современном этапе развития киноискусства стало ясно: средства выражения еще не определяют полностью жанра. Есть еще такой немаловажный компонент, как настрой и взгляд художника.

Эти раздумья навевает фильм "Не горюй!", созданный Георгием Данелия совместно с молодым драматургом Габриадзе. Эта еще одна очень своеобразная яркая разновидность комедии наводит на мысль о том, что при всем многообразии этого жанра, при всей его теоретической "непричесанности" есть все же одно обязательное условие. Это как бы условие игры, которое комедиограф предлагает зрителю. Почти в каждом отдельном случае это разные правила игры. Итак, принимаешь, а если не хочешь принять - не принимаешь и фильма.

Скажем прямо - эта комедия нравится в Грузии не всем. Многие считают ее грубоватой, нарочито национальной, подразумевая под этим чрезмерное акцентирование, педалирование колоритных национальных деталей быта и юмора. Эту точку зрения мне не трудно понять. Но я из тех, кто принимает условия игры. А одним из совершенно очевидных условий является то, что авторы предлагают посмотреть наш прекрасный уголок земли взглядом извне. Они смакуют каждую особенность, каждую деталь, как впервые увиденную. Мы привыкли к другой позиции. От "Потерянного рая" до "Необыкновенной выставки" лучшие наши комедии были сделаны с позиции "взгляда изнутри". Но ведь можно принять и этот, другой ракурс. Он тоже интересен.

Надо ли напоминать, сколько ценного в литературе, в искусстве было создано именно с этой позиции. Приняли это условие? Тогда вас перестанет раздражать щедрость авторских интонаций, всегда возникающая при взгляде со стороны, и вы будете вовлечены в увлекательную игру.

Итак - дядюшка Бенжамен, переселившийся со страниц французского романа XVIII столетия в один из наших провинциальных городков прошлого века... Смешные перипетии романа Клода Тилье, жизнерадостность, которую излучают его герои, прекрасно вписывались в социально-бытовой фон Грузии того времени.

Героям фильма не занимать мудрости, жизнелюбия и душевной щедрости, которая оправдывает любую беспечность, даже легкомыслие. И в самом деле. Вспомните, как Бенжамен и его зять Лука, отправившись по важному делу - свататься, встречают на мосту русского солдата, направляющегося пешком в Кутаиси. В какой восторг приходят они от возможности сблизиться, познакомиться с ним! Каждый новый человек для них - подарок. Артисты В. Кикабидзе и Г. Кавтарадзе очень точно играют этот прекрасный комедийный эпизод, в котором юмор органично сочетается с каким-то особенным лучезарным человеколюбием.

Герои фильма не прочь и схитрить. Ведь трудно отказаться от искушения ловко и тонко провести приятеля и потом вдоволь посмеяться над ним. Шутят они смачно, весело и безобидно. Но есть у них и свой кодекс чести, заставивший вступиться за "поруганного" князем Бенжамена. И пусть не коробит некоторая грубоватость этой, по-настоящему смешной ситуации. Ведь народный юмор-лубок не рядится в одежды святоши. Еще роднит всех честных людей в фильме песня. Люди как бы братаются в песне, сливаются в ее многоголосии.

Вот Бенжамен, смущенный и растерянный, впервые предстал перед Леваном Цинцадзе в роли жениха его дочери. К чему Левану, состоятельному лекарю, этот нищий докторишка, у которого и угла-то своего нет? Но прослышал он о добром характере Бенжамена, о том, что он любит людей, любит жизнь и добрую чашу вина в руках держать умеет. И между ними сразу возникает взаимная симпатия. И тут сама собой возникает темпераментная гурийская песня.

В фильме нет "голубых" ролей. Никто из его персонажей не поставлен в сложное положение лирического героя комедии. Все образы решены в жанре, и для каждого режиссер и актеры находят яркий рисунок. Мягок, пластичен и темпераментен Бенжамен в исполнении актера Вахтанга Кикабидзе. Как всегда, великолепен в щедрости красок, в смелости выразительных средств Серго Закариадзе, создавший гротесковый характер Левана Цинцадзе. Софико Чиаурели играет свою героиню с подчеркнутым мелодраматическим надрывом, а Гоги Кавтарадзе создает трогательный и смешной образ человека скромного и застенчивого, но обуреваемого всеми человеческими страстями и слабостями.

Комедия развивается в своеобразном, но подчиненном замыслу ритме. Жизнь наших веселых героев далеко не безоблачна. Неожиданно и бессмысленно погибают юная дочь Левана и влюбленный в нее молодой поручик, нарушается привычный ритм идущей к концу жизни Левана, и течение комедии начинает замедляться. И это понятно и правомерно. Но тут... Тут мне показалось, что правила игры, предложенные авторами, нарушились, и я перестала их понимать. Сама по себе хорошо сыгранная и поставленная сцена тризны по уходящему Левану воспринимается уже как нечто чужеродное, несовместимое с фильмом в целом. Естественно, речь не о том, что в комедийной ткани появились трагические нотки. Трагикомедия в фильме угадывалась с самого начала и созрела к концу органично и естественно.

Причина, наверное, все-таки в том, что в любой самой реальной трагической ситуации необходима хотя бы малая толика той условности, без которой комедия существовать не может. Можно вспомнить самые острые трагедийные ситуации в известных нам фильмах: "Бум", "Журналист из Рима", "Все по домам", "Берегись автомобиля". Всюду сохраняется элемент условности, несоответствия между действительным положением человека и его состоянием, поведением, воображением - то, что называется внутренним комедийным конфликтом. Он нисколько не нарушает трагедийного накала, а, наоборот, обостряет его, делает органичным в рамках жанра. Но когда по-настоящему, натурально умирающий на экране Леван выбирает гробы, когда обессиленный от горя и болезни, с дрожащими, прозрачными руками, он выслушивает обращаемую к нему прощальную похоронную речь, меня не покидает ощущение, что фильм о Бенжамене и его друзьях - Луке и Леване - кончился, и началось новое, совершенно другое повествование.

Значит, все-таки есть законы у комедии? Я не берусь ничего утверждать. Возможно, и надо мной довлеет страсть к порядку в жанре, присущая всем критикам? Возможно...

К. Церетели. 1982

Библиотека » Георгий Данелия




Сергей Бодров-младший Алексей Жарков Екатерина Васильева Сергей Бондарчук  
 
 
 
©2006-2018 «Русское кино»
Яндекс.Метрика