Поиск на «Русском кино»
Русское кино
Нина Русланова Виктор Сухоруков Рената Литвинова Евгений Матвеев

Тихий Дон

Художественный фильм

(3 серии)

Автор сценария и режиссер - С. Герасимов

Оператор - В. Рапопорт Киностудия им. М. Горького. 1-я и 2-я серии - 1957 г. 3-я серия - 1958 г.

В 1956 году, к началу "оттепели", режиссер Сергей Герасимов как раз отпраздновал свой полувековой юбилей. И решил, что пришло наконец время осуществить творческий замысел, который он так долго, еще с 30-х годов, лелеял. Михаил Шолохов не завершил последнюю часть "Тихого Дона", когда Герасимов загорелся мыслью об экранизации.

В 1939 году он обратился к руководству кинематографии с предложением поставить картину по роману Шолохова. Только что режиссер, автор популярных тогда фильмов о молодежи, закончил ленту "Учитель". Она получила одобрение зрителей, официальное признание, и у Герасимова, казалось, были некоторые основания рассчитывать на благоволение начальства.

Однако его предложение об экранизации "Тихого Дона" не встретило поддержки. Возражения были выражены в вопросах, на которые заведомо не требовалось ответов: ну что за сюжет для столь народного искусства, как кинематограф? Путаный характер смутьянствующего казака..

"Мне было сказано, - вспоминал позже режиссер, - что едва ли имеет смысл экранизировать роман, который при всех своих достоинствах выводит на первый план судьбу Григория Мелехова, человека без дороги, по сути, обреченного историей". Вот как относились к роману "Тихий Дон" в кинематографических "инстанциях". Боялись самого слова "казак", ведь до 1935 года действовал декрет, запрещавший казакам даже призываться на службу в РККА.

В 1956 году сценарий режиссера одобрил сам Шолохов и съемки трехсерийного цветного фильма начались. "Каждое новое поколение должно было постигать роман во всей его глубине и объемности, ничего не упрощая ни в характерах, ни в конфликтах и проблематике, - справедливо полагал Герасимов. - То обстоятельство, что в середине 50-х годов уже не нужно было, скажем, защищать Шолохова от обвинений в том, что его Мелехов - это "гамлетианствующий казачок", "донской Гамлет", не снимало вопрос "А кто же он такой, Григорий Мелехов?"

Нужно было встать на историческую точку зрения, соблюдая дистанцию по отношению к событиям, не модернизируя ситуацию, воплощенную в романе писателя. С Григорием Мелеховым пришел на экран необычный герой, не изведанный ранее тип личности. Он смешал бытовавшие представления о том, каким должен быть герой - участник Гражданской войны, потому что отнюдь не был образцом преданности коммунистическим идеалам. По законам исторической и человеческой правды фильм показал Мелехова внутри небывалого слома, на перепутье эпох, когда он сам, а не кто-то за него делал решающий выбор, когда чаша весов колебалась и персонажи кровавой драмы еще не знали, каков будет действительный исход. Такого Григория видел, создал Герасимов с помощью коллектива единомышленников. И на стороне белых, и на стороне красных Мелехов воевал со своим же народом. Тут - трагедия, тупик, проклятие... Повествование о потомственной казачьей семье Мелеховых расширялось до масштабов общей русской трагедии.

Следует вспомнить, что первый том "Тихого Дона" был перенесен на экран режиссерами О. Преображенской и И. Правовым еще в 1930 году. Пересматривая ныне эту полузабытую ленту и сравнивая ее с фильмом 1956 года, убеждаешься, что при всех отличиях картины Герасимова от ее предшественницы в основу ее положены те же сюжетные линии, извлеченные из романа, преимущественное внимание уделено тем же эпизодам, выделенным из множества остальных, наличествующих в повествовании писателя.

Снова акцентируются взаимоотношения Григория и Аксиньи, разыгрывается эта мучительная, запретная любовь, на которую обрушиваются роковые обстоятельства. Но далее, во второй и третьей сериях, Герасимов укрупняет события, помещает героев в контекст истории. Во второй серии Герасимов спрессовывает даже чрезмерное количество событий, что мешает зрителю ясно понимать и удерживать нить авторского повествования.

Съемочная группа Герасимова работала на том же Северском Донце, куда по совету Шолохова приезжали еще Преображенская и Правов. Быт казачьего хутора в его подробностях, столь важных для стилистики герасимовского фильма, выплескивается на экран. Герасимов стремится к достоверности, жизнеподобию экранного изображения, сознательно следуя традициям живописной школы русских "передвижников". Та же традиция предполагала не только исторически точное воссоздание интерьеров и костюмов, но и выразительность отдельных деталей.

Ревнителем старинных законов и хозяйского здравого смысла выступает в фильме колченогий ветеран Пантелей Прокофьевич Мелехов (Даниил Ильченко), браво потряхивающий вдетой в ухо серьгой. Вроде рядовая деталь - серьга, но какой важной для памяти о прошлом представляется она пожилому казаку. Сергей Герасимов намерен был показать: казаки веками создавали собственную среду обитания, особые трудовые и воинские законы, освятили собственные обряды, сочинили свои песни. Драматизм второй и трагизм третьей серий - в насильственном крушении всей этой устоявшейся жизни, в разгроме привычного казацкого уклада бытия.

Зритель быстро привыкает к несколько жестким согласным, произносимым актерами, к этому "гутарить" вместо "говорить", "ишо" вместо "еще". Экранные персонажи вслед за романными густо пересыпали речь диалектными словами.

Режиссер Герасимов в его лучших фильмах доказал умение создать прекрасный актерский ансамбль. В трехсерийной экранизации "Тихого Дона" почти 200 персонажей. И удивительно мало безликих, что столь существенно для природы киноэпоса, в котором любой эпизод принципиально важен для смысла целого. А ведь снимались в фильме не только профессионалы, но и статисты.

Из десятка второстепенных образов проступали чеканные актерские "медальоны", например, эпизодическая роль корниловского офицера Калмыкова в исполнении достовернейшего Михаила Глузского. Взрывчатый, нервно истощенный Калмыков оставался верным присяге и был бессудно расстрелян большевистским комиссаром.

Людмилу Хитяеву на роль Дарьи Мелеховой пригласили из театра в Горьком. Она и Зинаида Кириенко (роль Натальи), ученица Герасимова по ВГИКу, стали после фильма популярнейшими актрисами. Хитяева великолепно ведет всю линию Дарьи, особенно же запоминается по второй серии, сцене причета по мужу, Петру. Зимний, синеватый день, во двор Мелеховых привезли на санях застреленного красными есаула Петра Мелехова. Дарья в слезах падает на труп мужа. В первый день съемок актриса не была готова к работе, плакала на "техническом приеме". На второй же день ее лицо распухло от слез. Сцену сняли одним дублем.

Аксинья в рисунке точеной, манерной Элины Быстрицкой, приглашенной из Малого театра, не всегда убеждает. Некоторые критики не зря писали, что актриса слишком "интеллигентна" на экране для простой казачки. Впрочем, это не вполне точное слово. Быстрицкая играет лучше, когда ее героиня служит в горничных у Листнипких. Пластика, походка, весь облик Аксиньи создают представление о любимице хозяев, довольной сытой, ленивой жизнью. Напомним одну сцену. Старый генерал принимает гостя, горничная подает чай. Когда-то она пришла в усадьбу прачкой, а теперь вхожа в комнаты пана, сделалась смазливой и гладкой. Генерал отсылает Аксинью: она мешает беседе. И горничная без обиды, без спешки выплывает за дверь, походя дав щелчка хозяйскому догу. Царственный пес ей не угроза, она тут, в покоях, свой человек..

Счастливой удачей Герасимов справедливо считал работу актера Петра Глебова, создавшего центральный образ экранизации. В Григории - Глебове видишь трудовую кость, мужика крепкой думы, прикипевшего к родной земле. Дон привязал к себе Мелехова, тут его существо. Бывший землепашец проглядывает в Григории и спустя долгие годы: в третьей серии фильма навоевавшийся Мелехов, придя на свой баз, чинит обветшавшую калитку. Рука истосковалась, все еще жив в этом уже заматерелом воине сын земли, работник.

Горькое горе и суд над самим собой - вот выраженное актером состояние Григория, усиливающееся по ходу событий фильма. Казак вынужденно отрывается от домашнего быта, станичного круга, испытывается обвалом истории. Неукротимые страсти порой доводят Мелехова до горячки, до бешенства. Но после одолевают его муки совести. Разные люди живут в Григории, в этом его тайна, бездна. Прокаленный в боях, много раз обласканный пулей, сотник увлекает восставших казаков в атаку на красных матросов. Летит Мелехов на коне, шашка наголо... Лютая злоба, азарт и вызов смерти перекашивают его лицо. Как капусту, рубит он пулеметчиков (одного из гибнущих моряков, парня в тельняшке, упавшего у плетня, изобразил никому не ведомый тогда студент ВГИКа Василий Шукшин). А минуту спустя - трагическое отрезвление, ужас. В истерике катается по земле Григорий: "Кого рубили? Братцы! Нету мне прощения! Зарубите меня! Смерти предайте!" Третья серия особо наполнена чувством авторского сострадания к героям. Не жалостливостью, которая чужда жанру эпопеи, а именно состраданием. Многих из тех, кого зритель успел уже хорошо узнать и полюбить или хотя бы понять, поглощает беспощадный исторический поток..

От шальной пули погибает Аксинья. Теперь Григорию, "контре", бежать незачем и некуда. Шашкой выкапывает он ей могилу. Эпизод снят словно рапидом. Мелехов выкладывает крест на могильном холмике из белых камешков, в горестном раздумье долго рассматривает немую землю, поглотившую любимую женщину. От Аксиньи остался лишь узелок, с которым она собралась в дорогу.

В выразительнейшей сцене фильм не копирует Шолохова. В романе Григорий в этот момент, словно пробудившись от тяжелого сна, видит черное небо и ослепительно сияющий черный диск солнца. В режиссерском сценарии Герасимов намечал передать эту символическую черноту с помощью комбинированной съемки. Затем отказался. Кинокамера оператора Владимира Рапопорта показывает реальный мир без технических ухищрений. Горизонтальная панорама медленно скользит по листве векового дуба, у подножия которого белеет рубашка Григория, открывает степь, вольно дышащую, не замечая горя человека..

Ранней весной возвращается намаявшийся Григорий в родной хутор. Снова появляются на экране щемящие душу картины природы. Герой возникает вдали движущейся точкой в огромном пространстве, оживающем под вешним солнцем. Устало, неспешно Мелехов приближается к нам - зрителям, а мы терпеливо поджидаем, не торопя, не подгоняя. Просто ждем..

Григорий в солдатской шинели, с котомкой за плечами, шагает через Дон, еще закрытый льдом, такой одинокий, постаревший. Возле полыньи он останавливается, снимает винтовку. Подержал вытянутой рукой ее на ремне, как бы прощаясь, и бросил в воду. Теми же усталыми движениями вывернул карманы, откуда посыпались винтовочные патроны. Синее масляное пятно всплыло из глубины реки, течение подхватило его, увлекло за собой.

Критики единодушно восхищались финалом экранизации, запечатлевшей сломанную революцией и гражданской войной человеческую судьбу. Григорий, не найдя правды ни у белых, ни у красных, потеряв Аксинью и простившись с войной, возвращается домой. Мелехов - Глебов снят со спины, его глазами мы видим Мишатку. Парнишка прячется за упавшим деревом: ребятня играет в прятки. Мальчик не сразу узнает окликнувшего его отца. Напряженно всматривается в страшного на вид человека, "Сынок... сынок..." Григорий поднял на руки Мишатку, прижался лицом "Это было все, что осталось у него в жизни", - пишет в эпилоге романа Шолохов.

Три серии "Тихого Дона" поочередно выходили на экран в 1957-1958 годах. Они имели громадный успех у зрителей. Картина подняла волну нового интереса к роману Михаила Шолохова До сих пор Глебов вспоминается многим как живой Мелехов, не экранный герой, а реальный, из казаков. Наконец, фильм был принят самим писателем. Премьера проходила в станице Вешенской. Три дня шли просмотры в станичном клубе.

Писатель в романе приводит два потрясающих документа, направленных Троцким войскам: "Восстание в тылу" и "Приказ Предреввоенсовета", в котором сказано: "Нужно вскрыть нарыв на плече и прижечь его каленым железом". Позже командарм 2-й Конной Ф. Миронов скажет: "Коммунисты жестоко и зло надругались на Дону над всем, что было освящено веками в казачьей трудовой семье, над трудом человека, над его религией, над его обычаями и верою отцов, над правдой, над свободой слова, над братством и равенством людей. Вот что подняло общее восстание на Дону в марте и апреле 1919 г.".

Даже при хрущевской "оттепели", даже Сергею Герасимову, пользовавшемуся поддержкой властей, никто бы не позволил показать политику большевизма в отношении к казачеству. Соответственно обрисовка коммунистов на экране далека от исторической правды. Штокман, красный особоуполномоченный выглядит в фильме как "дорогой товарищ". Каким и является для босяков Мишки Кошевого и Ивана Алексеева, готовых по приказу комиссара на все: шлепнуть "контру" Мелехова, стариков-казаков, "переважить" общевойсковой круг..

И все же в истории русского кино фильм занимает почетное место. И долгое у него эхо. Закройте глаза - и вы вмиг вспомните стремя тихого Дона, Гришку, который гонит коня к водопою. А вот Аксинья с ведрами. Теплынь, май...

Юрий Тюрин

Русское кино




Сергей Бодров-младший Алексей Жарков Екатерина Васильева Сергей Бондарчук  
 
 
 
©2006-2018 «Русское кино»
Яндекс.Метрика