Поиск на «Русском кино»
Русское кино
Нина Русланова Виктор Сухоруков Рената Литвинова Евгений Матвеев

Художественный фильм "Бег"

2 серии

Авторы сценария и режиссеры - А. Алов, В. Наумов

Оператор - Л. Пааташвили

Мосфильм, 1970 г.

Художественный фильм Бег
Художественный фильм Бег
Художественный фильм Бег
Художественный фильм Бег
Художественный фильм Бег
Художественный фильм Бег
Художественный фильм Бег
Художественный фильм Бег
Художественный фильм Бег
Художественный фильм Бег
Художественный фильм Бег
Художественный фильм Бег
Художественный фильм Бег
Художественный фильм Бег
Художественный фильм Бег
Художественный фильм Бег
Художественный фильм Бег
Художественный фильм Бег
Художественный фильм Бег
Художественный фильм Бег
Художественный фильм Бег
Художественный фильм Бег
Художественный фильм Бег
Художественный фильм Бег
Художественный фильм Бег
Художественный фильм Бег
Художественный фильм Бег
Художественный фильм Бег
Художественный фильм Бег
Художественный фильм Бег
Художественный фильм Бег
Художественный фильм Бег

Пьеса "Бег" была передана Михаилом Булгаковым в 1928 году для постановки во МХАТе. Но цензура не усмотрела в ней доказательств "исторической правоты завоеваний Октября", Сталин назвал пьесу "явлением антисоветским", она была запрещена. Писателю так и не довелось увидеть свое любимое детище на сцене.

Между тем само название пьесы свидетельствовало о том, что Булгаков вовсе не намеревался, как это ему вменялось в вину, воспеть "белогвардейских мучеников". Изображая Гражданскую войну, писатель стремился занять высокую и объективную точку зрения, непредвзято оценивая и красных, и белых. Не зря поэт и художник Максимилиан Волошин назвал Булгакова первым, кто сумел запечатлеть душу русской усобицы.

"Бег" - стремительный водоворот исторических событий, словно бы самородных и превышающих своей мощью значение чьих угодно отдельных индивидуальных воль и желаний. "Бег" - это отступление и поражение белых в Крыму, эмиграция в Константинополь проигравших войну, а с ними и тех, кто по растерянности и бесхарактерности втянут в общий поток. "Бег" - это тараканий тотализатор, метафора унизительной борьбы за существование русских эмигрантов в Константинополе и в Париже, их положения изгоев ("Изгои" - одно из первоначальных названий пьесы). Финал пьесы - возвращение в любимую Россию двоих из многочисленных героев пьесы.

Режиссеры Александр Алов и Владимир Наумов экранизировали "Бег" в 1971 году. Пьеса Булгакова - вещь сугубо театральная. Для выхода за пределы сцены постановщики фильма используют некоторые мотивы и образы булгаковского романа "Белая гвардия", а также документы по истории Гражданской войны. Уйти от театрализации кинозрелища режиссерам помогла школа Игоря Савченко, у которого они учились во ВГИКе и на ассистентской работе. А также значительный собственный опыт, накопленный в создании таких известных фильмов, как "Тревожная молодость", "Павел Корчагин", "Ветер", "Мир входящему", "Скверный анекдот".

В первых частях двухсерийного фильма "Бег" его постановщики решительно переводят драму в жанр киноэпоса. Этому способствует и искусство оператора Левана Пааташвили, чьи выразительные масштабные композиции передают и напряжение баталий, и тихую красоту увядающей природы, припорошенной первым, чистым снегом. Снег еще не слежался и голубоватым пухом окутывает поля и перелески, сквозь которые проблескивают золотые купола храмов. Так создается на экране образ святой Руси, о которой будут тосковать герои фильма, заброшенные судьбой в чужеземье.

Картины бегства, как и последующей жизни эмигрантов в Константинополе, воплощают драму виноватых: бегущие проиграли Россию, они утратили право жить по-хозяйски на родной земле. Причина простая: народ в массе своей не поддержал белое движение. Возникла пропасть между людьми труда и "золотопогонниками". Это ощущение рокового разрыва, как показывает фильм, проникает и в белую армию, приводит к растущему расслоению даже среди офицерства, не говоря уже о настроениях солдат из крестьян и рабочих, мобилизованных еще на одну войну после недавней мировой.

Эпизоды подготовки войск Южного фронта Красной Армии к переходу через Сиваш и штурму Юшуньских твердынь в сравнении с колоритными картинами бега врангелевцев выглядят на экране до скучности деловыми. Обсуждается план наступления на Крым, командующий фронтом Михаил Фрунзе выслушивает соображения подчиненных, дает указания, делает поправки к изначальному плану, вызванные приходом ранних холодов.

А потом в фильме показан Сиваш. Под ногами красноармейцев трудно проходимая жижа. Их сапоги и обмотки залеплены грязью. Красноармейцы устали в предыдущих боях. Переход через Сиваш лишен на экране даже намека на внешнюю величественность. И тем не менее эти сцены по-своему прекрасны: они одухотворены верой красноармейцев в справедливость последних боев "за землю, за волю", их надеждой на близящийся мир, мечтой о возвращении к семьям, к мирной работе. При обсуждении "Бега" иногда раздавались голоса о том, что эпос его первой серии не всегда стыкуется с разножанровыми сценами второй, в которых авторы фильма якобы сделали уступку театральности. Думается, что такого рода упреки несправедливы. Безусловно, в начале фильм обнаруживает более явственные приметы произведения режиссерски-постановочного. Но и сужая действие до актерских дуэтов, до бытовых сцен, Алов и Наумов кинематографу не изменяют.

Жизнь в изгнании, показывает фильм, оказалась настолько трудной, что деформировала многие характеры, сделав одних людей смешными, других - сумрачно-трагичными в их поступках. Уже в первой серии генерал Хлудов выглядит человеком с расстроенным сознанием Командующий фронтом измучен страшной усталостью, открыто презирает трусливого и неумелого главнокомандующего Врангеля, первым осознает обреченность белой армии на полное поражение.

Генерал Хлудов не способен ничего изменить в условиях всеобщего хаоса и паралича воли, более того, он начинает понимать, что "бег", то есть ход исторических событий, неотвратим и независим от индивидуальных устремлений. И тем не менее продолжает выполнять свой долг чести, как он его понимает, тщетно пытаясь остановить наступление противника. Он отдает приказы, безжалостно карая неповинующихся или неспособных их выполнять. Он вешает людей, желая навести порядок в условиях абсолютной неразберихи и паники. Прекрасно отдавая себе отчет в бесплодности собственных намерений и жестокости своих поступков и иронизируя над самим собой.

"Он морщится, дергается, любит менять интонации... Когда хочет изобразить улыбку, скалится. Он возбуждает страх" - так определял Булгаков внешний рисунок роли Хлудова, персонажа, который "весь болен, с ног до головы".

Замечательное актерское достижение Владислава Дворжецкого состоит в том, что человека, который довел страстное исполнение долга до палачества, он играет в фильме внешне совершенно бесстрастно. Только огромные глаза Хлудова на могильно-бледном лице соответствуют булгаковской характеристике - "глаза у него старые".

Не повышая голоса и не меняя интонаций, разговаривает генерал Хлудов с вестовым Крапилиным. Крапилина - рослого, крепкого солдата с правильной лепки славянским лицом и серьезным, честным взглядом - играет в фильме Николай Олялин. Именно вестовой Крапилин смело говорит генералу-вешателю ту правду, которую тот и сам уже знает: "Только одними удавками войны не выиграешь". И сулит Хлудову такое будущее: "А ты пропадешь, шакал, пропадешь, оголтелый зверь, в канаве". Хлудов тут же приказывает Крапилина казнить. На солдата накидывают мешок и вешают его на ближайшем фонаре.

Проходит время, Хлудов оказывается с другими эмигрантами в Константинополе, становится похожим на сомнамбулу: ему снова и снова является призрак Крапилина.

Пьеса Булгакова "Бег" имеет подзаголовок "Восемь снов". И в ней опробована особая форма драматургии, при которой события выглядят отчасти реальными, отчасти словно бы возникающими в тревожных сновидениях. В фильме Алова и Наумова фантасмагоричность "восьми снов" передана разнообразными средствами.

В образе Хлудова общая анормальность существования эмигрантов, которых судьба несет по белому свету, усилена душевной болезнью генерала. Хлудов принимает за реальность фантом воспаленной совести, но поначалу не может понять, почему именно солдат Крапилин неотвязно его преследует. Генерал спрашивает у вестового: "Как отлепился ты от длинной цепи мешков и фонарей, как ушел от вечного покоя? Ведь вас было много, ты был не один".

Позже генерал Хлудов, которого неотступно сопровождает призрак мужественного солдата-правдолюбца, не выдерживает мук совести и принимает решение "казнить самого себя". Действо, всплывшее в больном воображении Хлудова, зримо и впечатляюще развернуто на экране.

По огромному заснеженному полю мимо нескончаемых цепей недвижных солдат едет Хлудов, все приближаясь и приближаясь к ожидающему его Крапилину. Подъехав вплотную, просит: "Скажи что-нибудь, солдат! Не молчи!" Крапилин в ответ только кивает, и Хлудов по собственной воле идет к виселице, палач накидывает на него мешок. "А потом что было? Просто мгла, ничто - зной..." - бормочет Хлудов, переживая участь повешенного.

В самом раннем варианте пьесы Булгакова Хлудов оканчивал жизнь самоубийством. В финале "Бега", отданном в 1928 году во МХАТ, генерал Хлудов вместе с Серафимой Корзухиной и Голубковым возвращался в Россию. В 1937 году Булгаков отчасти переделал свое произведение. Теперь в финале Хлудов, оставшись в Константинополе, пускал себе пулю в лоб. При всем различии этих финалов они непременно связывались с фигурой Хлудова, от разрешения судьбы которого в значительной степени зависел смысл пьесы.

Алов и Наумов предпочли иной ход. Окончание их фильма вообще не связано с Хлудовым, а представляет собой еще один, светлый на этот раз, сон - мечту Корзухиной и Голубкова о России. Судьбу же Хлудова авторы фильма оставляют неясной. Генерал хотел было сесть на пароход, отплывающий в Россию, но не рискнул этого сделать. Его одинокая фигура на берегу Босфора увидена с удаляющегося от берега парохода. Она все уменьшается и уменьшается вдали, и вдруг авторы фильма врезают крупный план Хлудова. Остановившимися, холодными и старыми глазами смотрит он вслед людям, которые вскоре увидят Родину.

Один из критиков назвал булгаковскую пьесу "пессимистической комедией". В фильме Алова и Наумова также смешиваются драматическое с комедийным, трагическое с фарсом. Контрастны и вместе с тем неразрывно связаны фигуры генерала Хлудова и казачьего генерала Чарноты, которого блистательно играет Михаил Ульянов.

В линии Чарноты трагедия белого офицерства снижена до фарса. В отличие от Хлудова, Чарнота не вешатель, а смелый рубака в открытом бою. "От смерти я не бегал", - вспоминает он в Константинополе не без гордости. Но и он, подчинявшийся таким людям, как Хлудов и главнокомандующий, вовлечен в общий "бег" исторических событий, приобретший для него лично в чужеземье гротескную форму участия в тараканьих бегах.

Все оставшееся у него имущество Чарнота спустил, сделавшись вдохновенным завсегдатаем балагана, где неизменно ставил на таракана Янычара Надо видеть, как болельщик Чарнота отдается собственному дурному сну - забывает обо всем на свете, вопит: "Янычар! Янычар!" - в отчаянии срывает пенсне, когда насекомое подводит его в очередной раз, прервав бег по дорожке. Как бросается Чарнота с кулаками на хозяина тотализатора, как начинает с наслаждением бить в завязавшейся в балагане всеобщей потасовке всех подряд.

Если ординарец Хлудова стал в Константинополе наездником в цирке, генерал Чарнота сделался кем-то вроде клоуна. Он торгует с лотка дурацкими игрушками, зазывно кричит: "Не бьется, не ломается, а только кувыркается". То же самое в известной мере можно сказать о нем самом. С балкона жалкой гостиницы Чарнота бессильно "расстреливает" из револьвера ненавистный ему Константинополь с его душными улочками, минаретами и базаром, а потом, смешавшись с толпой, просит подаяние. Но и это он делает со злым азартом: "Подайте, ну... Я генерал, я жрать хочу... ну, подайте!"

Явившись в Париж, бывший помещик и владелец конного завода Чарнота вынужден продать брюки и шествовать по Латинскому кварталу и набережной Сены в одних кальсонах. Попав в респектабельный дом эмигранта-богача Парамона Корзухина, Чарнота стискивает его в объятиях и обцеловывает с засосом, с присвистом, страстно. Но Корзухин, придя в себя и отплевавшись, заявляет, что денег в долг не даст. Тогда Чарнота предлагает сыграть в карты.

Глаза генерала сверкают из-под пенсне, фигура в исподнем напружинивается, будто готовясь к прыжку. Трагифарс-ная линия Чарноты, которую уверенно вел Ульянов, достигает здесь апогея. По ходу игры ставки все повышаются, азарт растет, игроки (Корзухина играет Евгений Евстигнеев) прикладываются к горячительным напиткам, темп растет. Сатирический гротеск переходит в буффонаду. Сцена строится на долгих панорамах и серии коротких средних планов, позволяющих видеть в пластике и мимике игроков растущее напряжение. В конце ее пьяный в дым Корзухин на полу, среди бутылок пытается хилой ручонкой оттащить в свою сторону хотя бы один из большущей груды долларов, выигранных Чарнотой.

На протяжении всего фильма Ульянов играет вспыльчивого, азартного, способного увлечься до самозабвения каким-нибудь тотализатором или картами Чарноту, передавая при этом неизъяснимыми актерскими средствами и иронический подтекст: его герой "не бьется, не ломается, а только кувыркается". Чарнота постоянно сохраняет дистанцию между внутренним "я" и вынужденно надетой на себя маской клоуна.

Вернувшись из Парижа в Константинополь, Чарнота не решается отплыть на пароходе в Россию, чего ему хотелось бы больше всего на свете, и с горечью примиряется с участью вечного скитальца: "Кто я теперь? Я вечный жид теперь! Я - Агасфер! Летучий я голландец! Черт я собачий!"

На родину возвращаются только бывший приват-доцент Петербургского университета Голубков и Серафима Корзухина, жена жадного и трусливого парижского богача, от которой он отрекся. Именно ей - самой беззащитной и невинной жертве исторического "бега" - стараются помочь на протяжении всего сюжета Голубков, Чарнота и даже Хлудов. В минуту отчаяния нищая и голодная Серафима выходит на панель, но дело кончается трагифарсом: Голубков и Чарнота находят грека-сладострастника, едва успевшего пригласить Серафиму в кофейню, и выбрасывают его за дверь. Однако линия Серафимы драматична лишь по внешнему ходу событий, актриса Людмила Савельева не сумела наполнить роль сколько-нибудь внятным эмоциональным содержанием.

Алексей Баталов играет Голубкова неким усредненным "чеховским интеллигентом". Однако он теряется в мощной образной стихии фильма.

Приват-доцент по сюжету проверен слишком жестокими обстоятельствами: в контрразведке белой армии под угрозой пыток он сломался и написал донос на Серафиму, поставив в результате под удар жизнь любимой женщины. В его рыцарском отношении к Серафиме в эмиграции должны были бы сквозить не только благородство, но и муки совести, попытки загладить вину. Но эти оттенки слабо различимы в монотонно-сдержанном, тихом и блеклом Голубкове.

Однако именно персонажам, почти лишенным характеров, подарен авторами фильма (что кажется эстетически не вполне обоснованным) великолепный финал: Голубков и Серафима весело скачут на конях сквозь зимний лес, покрытый кружевным инеем, а потом долго-долго по целине, покуда их фигурки не растворяются в заснеженных полях России. Ясно, что реальность возвращения Голубкова и Серафимы будет иной: в стране они найдут разруху, голод и вынуждены будут снова начать борьбу за выживание. Но не зря финал предварен репликой Голубкова и о прошлом, и о будущем: "А ничего и не было... это все приснилось. Мы доберемся... Снова пойдет снег и наши следы заметет".

Фильм переводит действие из кошмарного "сна" эмиграции не в достоверно изображенную действительность, а опять же в сон - светлый сон-мечту о России. В целомудренно-чистый и высокий образ Родины, оставить которую - значит ypoнить свое достоинство, потерять лицо и предать себя вечной, грызущей и ничем не утоляемой тоске по Отчизне "Я не поеду, буду здесь, в России. И будь с ней что будет", - говорит один из героев "Дней Турбиных" Булгакова, выражая и личную позицию автора. Эта мысль писателя воплощена в пьесе "Бег", и в одноименном фильме Алова Наумова - одной из лучших экранизаций по произведениям Булгакова в отечественном кино.

Александр Караганов

Фильм "Бег", серия 1

Русское кино




Сергей Бодров-младший Алексей Жарков Екатерина Васильева Сергей Бондарчук  
 
 
 
©2006-2018 «Русское кино»
Яндекс.Метрика