Поиск на «Русском кино»
Русское кино
Нина Русланова Виктор Сухоруков Рената Литвинова Евгений Матвеев

Военно-полевой роман

Художественный фильм

Автор сценария и режиссер - П. Тодоровский

Оператор - В. Блинов

Одесская киностудия. 1983 г.

Петр Тодоровский принадлежит к тому поколению кинематографистов, довгиковскими "университетами" которых была война: "Война ведь для нас была - жизнь. Четыре года войны, а нам по 18-20... И жизнь, любовь пробивались сквозь войну, как росток сквозь асфальт. Вспоминаются не бои, а как выводили на переформировку во второй эшелон, как приходили к нам на передний край девушки-снайперы, как в баню водили..."

Он из того поколения "шестидесятников", "детей оттепели", лириков и альтруистов, гимном которых стали строки Б. Окуджавы "Возьмемся за руки, друзья, чтоб не пропасть поодиночке". И фильмы его пленяют прежде всего неистребимой верой в человека и выстраданной нежностью к нему.

Тодоровский начинал как оператор, снимал "Весну на Заречной улице" и "Два Федора" М. Хуциева, "Жажду" Е. Ташкова. Потом сам стал режиссером и поставил замечательные, тонкие, лирические картины "Верность", "Фокусник", "Городской романс", "Любимая женщина механика Гаврилова"... Но, пожалуй, со времен "Верности" не было у Тодоровского такого успеха, который пришел к нему после выхода картины "Военно-полевой роман". К тем дням наш военный кинематограф забуксовал в масштабных и эпохальных полотнах, по поводу которых критики язвительно замечали, что за годы Великой Отечественной столько окопов не было вырыто, сколько на наших студиях в первой половине 80-х. "Военно-полевой роман" - о людях, чья молодость была опалена и возвышена войной, об их непросто складывающихся в мирное время судьбах...

Толчком к рождению картины послужила давняя, но засевшая занозой в сердце встреча тогда еще студента ВГИКа Тодоровского с возлюбленной своего комбата, фронтовой "королевой", в которую все они - юные солдатики - были слегка влюблены: "В один промозглый зимний день, проходя мимо ЦУМа, слышу до боли знакомый смех с хрипотцой. Это - она, та самая, о которой я мечтал на войне. Но как не похожа на себя прежнюю! Ее нельзя узнать - только голос выдает. Она стоит, укутанная платками поверх телогрейки, в разношенных валенках, и хрипло выкрикивает: "Кому пирожки-и?"

Женщина не узнала меня, и я ничего не сказал ей. Но забыть эту встречу не мог. Пытался представить ее судьбу после гибели комбата - одиночество, ожесточение, ребенок на руках... Долго-долго вынашивал я этот замысел..."

Конечно, в фильме, который появился спустя 30 лет после этой встречи, пережитое переплелось с вымыслом. Но герой его - Саша Нетужилин (Н. Бурляев), которого сначала мы увидим 18-летним мечтательным солдатиком, про которого говорят "Первая пуля будет его", а затем гражданским с усиками и в шляпе - повзрослевшим, женатым на замечательной женщине, учительнице Вере - это лирическое "я" самого Петра Ефимовича. "Удивляюсь поэтам, - признается он, - не пишущим о женщинах. По-моему, они не поэты. Мне всегда хочется подчеркнуть приподнятость женщины над обыденностью". А что ее "приподнимает"? Ну конечно же - желание любить и быть любимой.

Войны в картине совсем немного: прифронтовая полоса, окопы, походные кухни, осточертевшая перловая "шрапнель", мужской треп под звуки дальнего боя, дежурные перестрелки с противником - томительное ожидание скорого наступления... И неказистый солдатик, околдованный хрипловатым женским смехом, который, вплетаясь в звуки танго, доносится каждый вечер из палатки комбата. Он сначала придумает себе ту женщину, которая может так смеяться. И будет по ночам топтаться в тесном окопе близ этой землянки, представляя, что кружится с ней в танце... А когда наконец увидит ее - она окажется невероятно похожей на ту, которую он вообразил, - только лучше. Потому что настоящая, во плоти. Потому что можно встретиться глазами, отчего сердце, сладко заныв, ухнет в пятки. Потому что можно прикоснуться к руке, даря чудом уцелевший полевой цветок, и услышать грудной низкий голос: "Любовь..." Нет, не случайно эту женщину зовут именно так - она и есть воплощенная любовь. А потом начнется наступление, как считали окружающие - первое и последнее для этого недотепы. Но он останется жив и вернется с фронта А вот комбату, красавцу майору, до Победы дожить не придется...

Встреча Саши с Любовью точно воспроизводит описанный Тодоровским подлинный эпизод. Он даже снимал на том самом углу, где увидел после войны "фронтовую королеву", свою юношескую мечту, торгующую пирожками. Тодоровский умеет выбирать актеров. Наталья Андрейченко - стопроцентное попадание в образ. Неуклюжая в ватнике и платках. С беломориной в покрасневших от холода пальцах с неухоженными ногтями, жалко высовывающихся из видавших виды, обрезанных перчаток С неопрятно выбившимися из-под нелепой вязаной шапки прядями. С вульгарными повадками и нарочито грубыми интонациями и репликами... Разбитная бабища-торговка... Но при этом сразу чувствуется, как она могла бы быть хороша в другой одежде, в других условиях жизни. И что грубость ее - это бравада, защита от непрошеного сочувствия или пошлого ухаживания. Потому что под ошеломленным взглядом Саши Люба сразу осознала, как опустилась, огрубела за последние годы. И даже расплакалась - так стало больно и обидно.

"Если "Верность" была посвящена тому, с чем уходил человек на фронт, то "Военно-полевой роман" рассказывает о том, с чем возвращаются с войны... Трудно было восстанавливать разрушенные города, но еще труднее - восстанавливать израненные человеческие души, - считает Тодоровский. - Неравнодушию к чужой беде учила нас война..."

И его Саша Нетужилин - просто "заболел" желанием помочь этой молодой красивой женщине вернуть себя самое, его романтическая душа не могла согласиться с такой незаслуженной метаморфозой, с такой несправедливой участью. "И тебе положено по праву - в самых лучших туфельках ходить", - поется в одной песне про такую же вот "фронтовую королеву", которая одним солдатикам снилась, а другие - и заснуть не могли... Понимает Сашины чувства и его жена - замечательная, деликатнейшая Вера (Инна Чурикова): "Она воевала. Заслужила счастье. А торгует пирожками. Это несправедливо". Но понимает она при этом - далее раньше Саши понимает, - что Люба уводит от нее Сашу. И не потому, что нашла в нем родственную душу - как она, Вера. И не потому, что полюбила его до самозабвения - как она, Вера. А потому, что испытывает упоительное ощущение своей женской силы, своей власти над мужчиной, восхищение и покровительство которого ей льстит, поднимает в своих глазах и в глазах других. И неизвестно, в какую драму перерос бы этот любовный треугольник, если бы не возникла спасительная четвертая сторона - тоже бывший фронтовик, ныне зампредрайисполкома, к которому Люба пришла по настоянию Саши требовать жилплощадь. До этого она снимала каморку в коммуналке и, судя по всему, вынуждена была - в качестве приплаты - сожительствовать с ее владельцем Гришей (В. Шиловский).

Новиков в исполнении Виктора Проскурина- внешне совсем не похож на майора, которого любила Люба. Но есть в нем та спокойная, уверенная властность, .мужская основательность, которые так; притягательны для женщин.

Это перед теряющейся от ее хамства Верой Люба может куражиться, да и то недолго - баба-то она незлая, и не стерва по натуре. И куражится-то, скорее всего, от неловкости перед женщиной, мужа которой уводит, и назло ему, сгорающему от стыда за нее, разрывающемуся между двумя дорогими ему женщинами, не имея сил оттолкнуть ни ту, ни другую.

Другое дело Новиков - не знала Люба, к кому шла, а то не устроила бы балагана, с переодеванием в рванье и жалостными воплями. В следующий раз она явится при всем параде - вызывающе красивая, дразняще, но в меру строптивая. Как бы всем своим видом говоря: я пришла тебя завоевывать.

Ты хочешь, чтобы я тебя завоевала?! И вызов будет с благодарностью принят. Сразу переменится его тон, подхватит зампред игру и с напускным смирением, как капризничающему ребенку, заглянет в глаза, уговаривая переписать анкету. А когда Люба заиграется - прикрикнет по-хозяйски. И она поймет, что победила.

Мы не узнаем, как будут развиваться отношения между ними. Но догадаемся, как догадается и Саша, что в жизни Любы появился другой мужчина - по переменам, с ней произошедшим. Саша еще долго будет метаться - тревожась за нее, страдая, на что-то еще надеясь. Пока случайно не попадет незваным и никем, кроме Любы, незамеченным на ее свадьбу. И увидит потрясающе красивую, уверенную в себе, элегантную женщину. Пигмалион сделал свое дело. Но Галатея выбрала другого.

В этом фильме, как у Чехова, - "сто пудов любви".

Тоскует Гриша в своей опустевшей каморке, напиваясь в одиночестве и играя на скрипке дворняге.

Страдает, мучится своей любовью к женщине, ставшей его женой из благодарности за то, что он спас от голода ее семью, администратор кинотеатра, начальник Саши (3. Гердт). Он настолько ревнует ее - абсолютно беспредметно, настолько боится ее потерять, что заставляет целыми днями сидеть в будке киномеханика. А когда однажды Соня спускается в зал - он, не найдя ее на привычном месте, решает, что самое страшное для него случилось. И теряет голову. А узнав, что ошибся, горестно, пристыженно и счастливо рыдает: от пережитой боли; от радости, что этого не случилось; от страха, что это все-таки рано или поздно произойдет...

Не может уснуть в своем опустевшем "уютном гнездышке" бедная Вера: что же ей-то делать? Конечно, Люба заслужила счастье - но она-то тоже хочет быть счастливой!.. И - будто связанная с Сашей невидимым полем, единой волной, на которую настроены их сердца, Вера чувствует - Саше нужны поддержка и утешение, что ему нужна она.

А Нетужилин в это время бредет по ночным улицам, не замечая ни сугробов, ни луж. Люба, его Люба - стала вновь такой далекой, такой недосягаемой чужой возлюбленной, что он даже не смог сказать ей "ты". Как тогда, на фронте. Он как и мечтал - вернул, подарил ее самой себе. И тому мужчине, который, наверное, похож на ее комбата. Все справедливо. Так лучше для всех. Но почему же это так больно?!

Вера шла на грохот льда, на свистки милиционера - Нетужилин носился от одной водосточной трубы к другой и изо всех сил колотил по ним ногами. Из труб, грохоча, летели каскады битого льда, перебудоражив всю округу... Похоже, ему от этого становилось легче...

Вера увидит его уже сидящим за спиной верхового милиционера и будет идти за ними, то поддразнивая, то уговаривая милиционера, пока тот молча не спихнет Сашу с лошади. Так и останутся они стоять на рассветной весенней улице - рядом, но пока не вместе. Понятно, что Вера - преданная, умеющая ждать и прощать - сумеет сделать Сашу снова счастливым и свободным.

У Тодоровского в фильмах практически не бывает плохих людей. Это его принцип: подонки, мерзавцы ему не интересны. "Про всех своих героев, - говорит Петр Ефимович, - я одно знаю совершенно точно - они никогда не предадут. Никогда, что бы ни случилось. Верность - их естество".

И рассказанная им в фильме простая история возвращения к жизни потерявшей внутреннюю опору женщины - это и обращение ко всем нам, чтобы не исчезли для нас понятия доброты, порядочности, чтобы мы не боялись подставить плечо...

"Не надо подолгу угрюмо скорбеть по поводу собственных неприятностей. Ныть, жаловаться, носиться с ними как с писаной торбой, хуже того - эту торбу еще на кого-то взваливать. Это уже просто бестактно. И не надо травить себе душу, лелея в ней воспоминания о своих обидах и бедах. Беды неизбежны, они тоже часть жизни. Единственное, что можно делать с невзгодами, это их преодолевать... Мы часто не умеем в хорошем смысле этого слова пользоваться жизнью, не думаем, какая это удача - просто жить! Видеть, что небо ясное, море синее, трава зеленая, земля теплая. Цветы растут, женщина улыбается, впереди прекрасная неизвестность, и можно взять в руки гитару и спеть песню, свою или друга... Хорошо!" Эти строки Тодоровский вложил в уста одного из своих героев, но это - его личная позиция, его понимание жизни.

Петр Ефимыч - очень музыкальный человек с поэтической душой, поэтому фильмы его не только всегда наполнены музыкой, но и композиция их строится по музыкальному принципу, рифмуется.

"Хо-ро-шо!!!" - будет орать, распахнув окно в весеннее льдистое утро неизвестный нам парень. И смеющаяся девушка будет оттаскивать его от окна. И Саша с Верой задерут голову - посмотреть на них. И будет звучать, рефреном проходя через фильм, написанная Тодоровским на слова Г. Шпаликова песня "Рио-рита", напоминая о пережитом и суля надежду.

Каждая картина Петра Ефимовича Тодоровского - автобиография его души. Им написаны несколько замечательных сценариев - о первых днях жизни после войны; о солдате, который прострелил руку, чтобы повидаться со своей любимой, и был за это казнен; о первой любви подростка из прифронтовой деревни недалеко от Сталинграда-Воина не отпускает его - может, потому, что совпала с юностью. Может, потому, что уходят последние однополчане, и он ощущает долг перед ними, Может, потому, что другие рке перестали снимать о войне...

Наталья Милосердова

Русское кино




Сергей Бодров-младший Алексей Жарков Екатерина Васильева Сергей Бондарчук  
 
 
 
©2006-2018 «Русское кино»
Яндекс.Метрика