Поиск на «Русском кино»
Русское кино
Нина Русланова Виктор Сухоруков Рената Литвинова Евгений Матвеев

Северная война

История России. Глава XXXIII

Недалеко от Балтийского моря есть очень большое и бурное озеро Ладожское. Оно соединяется с Финским заливом (частью Балтийского моря) рекою Невою, на которой Александр Ярославич победил шведов. Петр задумал покорить землю по этой реке. На невском острове, близ Ладожского озера была шведская крепость Нотебург. Там было только 500 шведов; но начальник их подполковник Шлипсенбах чрезвычайно храбро оборонялся. Петр послал на приступ Преображенский и Семеновский полки под начальством подполковника князя Михаила Михайловича Голицына; но лестницы, которые русские должны были приставить к проломам крепостной стены, оказались на полторы сажени короче. Петр, узнав об этом, велел отступить. Но Голицын отвечал: "Скажите государю, что я теперь не Петров, а Божий", и велел оттолкнуть от берега лодки, на которых русские подплыли к крепости. Солдаты бросились к ней, бились 13 часов и наконец взяли крепость. Петр назвал ее Шлиссельбургом, что по-русски значит ключ, потому что эта крепость была будто ключем всей невской стороны.

Русские войска пошли вниз по Неве и недалеко от устья ее осадили крепость Шанцы при городе Ниен; целый день палили в нее, и она сдалась. В это время шведский адмирал с кораблями подъехал к устью Невы и стал стрелять. Шереметев, командовавший русскими войсками, велел стрелять из крепости в ответ. Шведский адмирал подумал, что Шанцы еще во власти шведов, и велел двум кораблям с припасами и снарядами войти в Неву. Ночью Петр на 30 лодках с Меньшиковым и гвардейскими солдатами напал на эти корабли. Шведы храбро оборонялись, но в конце концов оба корабля были взяты. Остальной шведский флот ушел. Петр заметил, что место при устье Невы очень удобно для постройки гавани и в 1703 году заложил тут город Санкт-Петербург. Нева при устье разделяется на несколько рукавов, между которыми находятся острова. На одном из них Лусть-Эйланд Петр устроил Петропавловскую крепость; на ближайших к нему двух больших островах тоже были разные строения, адмиралтейство, то есть место, которое распоряжается флотом, и другие. На одном из островов войском командовал гвардейский офицер Василий Корчмин. Петр часто писал к нему: "Василью на остров". От этого ныне этот остров называется Васильевским, а место, где были первые строения при Петре, ныне называется Петербургскою стороною.

Там доныне сохраняется дворец Петра. В нем стоит образ Спасителя, с которым Петр был во всех походах, и туда собирается множество людей помолиться и посмотреть Петров дворец. В этом дворце всего-навсего три маленькие комнаты. Были у Петра два другие дворца в Петербурге, тоже небольшие: летний, который тоже доныне сохраняется в Летнем саду, и зимний. Он вообще расходовал на себя очень мало; употреблял на все свои расходы только то, что получал с одного поместья в Новгородской губернии меньше, чем в 1000 душ, да свое жалованье, и часто говорил: "Мне мотать не из чего: заслуженного жалованья у меня немного; я должен в них отдать отчет Богу". Он одно платье носил по году и по два и часто ходил в заштопанных чулках и башмаках с заплатами. Летом он носил бархатный картуз, французский кафтан из толстого сукна, тафтя-ный камзол и панталоны, цветные шерстяные чулки и башмаки на толстых подошвах и высоких каблуках с медными либо стальными пряжками. Зимой вместо картуза надевал шапку из калмыцких барашков, кафтан красный, подбитый спереди соболями, а сзади и в рукавах беличьим мехом и сапоги из оленьей шкуры мехом вверх.

Петр был необыкновенно красив и величав, ростом два аршина четырнадцать вершков, смуглый лицом, с черными волосами и бровями. Силу имел необыкновенную: раз в беседе с польским королем свернул в трубку две серебряные тарелки вдруг, а между ладонями сплющил серебряную чашу. В Амстердаме во время ветра рукой остановил ветряную мельницу, чтобы рассмотреть ее.

Ездил он летом в одноколке парой, а зимой в санях в одну лошадь. Он запретил падать перед ним на землю или на колени, а велел просто кланяться, и даже не любил, если кто, встретя его, остановится. Таким людям он говорил: "У тебя свои дела, а у меня свои: ступай своей дорогой".

Он вставал всегда в 3 часа пополуночи, значит до рассвета, с час ходил у себя по комнате, читал иностранные книги и газеты и отмечал, что оттуда следует переводить на русский язык, потом шел осматривать работы. Как-то он пригласил к себе одного посланника в четыре часа. Посланник, не думая, что он встает так рано, явился в пять часов, но государь уже был на верфи, то есть на месте, где строят корабли, и работал на мачте большого строившегося корабля. Услыхав, что пришел посланник, он сказал: "Пусть потрудится сюда взойти, если не сумел меня застать в назначенное время". Посланник взобрался по лестнице, и Петр, на бревне, принял его грамоты и вел переговоры.

Часов в 6 или 7 с построек царь уходил в разные присутственные места и там занимался делами. Потом ему подносили рюмку анисовой водки и крендель. До полудня он принимал просителей в Летнем саду. Самые бедные люди могли приходить к нему, и он большей частью тут же решал дела коротко, ясно и справедливо. В полдень обедал, причем подавались самые простые кушанья. Потом опять читал, отдыхал час или два, а в 4 часа приходили к нему главные сановники. Из них только Ромодановский и Шереметев могли входить без доклада.

Вечер Петр Алексеевич проводил в обществе. Он перенес столицу из Москвы в Петербург и очень любил этот город. Построить Петербург было очень трудно, потому что место там болотистое. Каждый год там работали до 40000 человек. Случалось, что Петр приказывал посылать туда каменщиков со всех концов России. Но зато Петербург принес великую пользу, а трудов Петр не боялся и сам трудился больше всех. Он сказал одному морскому офицеру: "Надо трудиться, братец: я и царь ваш, а у меня на руках мозоли, все для того, чтобы показать вам пример и хоть под старость увидеть в вас хороших помощников мне и слуг отечеству".

В Петербурге он был как отец в своей семье, часто разговаривал с простыми матросами, солдатами, ремесленниками; крестил у них детей, при этом всегда роженицу целовал в голову и клал рубль на зубок, пировал на свадьбах и ходил за гробом у самых простых людей.

Он был мастер во всех ремеслах. На фабриках, которые заводил, иногда сам принимался за ткацкий челнок; на железном заводе выковал своими руками 18 пудов железа и попросил с хозяина деньги. Хозяин поднес ему 18 червонцев, но Петр сказал: "Не хочу я твоих червонцев, я не лучше других работал; дай мне что следует". Хозяин так и сделал, заплатил ему 18 алтын; царь купил на них башмаки и часто хвалился вельможам: "Вот эти башмаки я купил на трудовую копейку". Но всего больше любил токарное мастерство и занимался им по нескольку часов в день.

В комнате, где стоял токарный станок, происходили самые важные, тайные дела. Там же еще вот что делалось, генералы и министры Петра были большей частью способные люди, но некоторые из них очень корыстолюбивы Петр не хотел их отставлять от службы, чтобы способных людей не потерять, но и без наказания не хотел оставить; поэтому призывал их в токарную и там один на один наказывал их своею дубинкой, то есть камышовой тростью с набалдашником из слоновой кости, говоря, что это не царское, а отеческое наказание. Потом, милостиво разговаривая, он провожал их до дверей, чтобы никто не знал о наказании.

Шереметев завоевал Нарву, Дерпт и много других городов. В одном из них, Мариенбурге, взята русскими в плен молодая девушка по имени Екатерина. Она вначале жила в доме Шереметева, потом в доме Меншикова. Там ее увидел Петр, она ему понравилась, и он на ней женился. Храбрый шведский генерал Левенгаупт победил Шереметева, но сам Петр принял начальство над войском, завоевал большую часть Ингрик, Лифляндию и Курляндию. В это же время стрельцы взбунтовались в Астрахани, но Шереметев усмирил их.

Между тем Карл побеждал поляков и саксонцев, гонялся за Августом из одного конца Польши в другой и предложил полякам выбрать в короли Станислава Лещинского. Петр послал на помощь Августу свое войско, но польский король поставил его в такое положение, что оно непременно погибло бы, если бы Петр не прислал своим генералам умных приказаний, благодаря которым они избавились от беды и успели отступить в Россию. Шведский фельдмаршал Рейншильд побил наголову саксонцев, и Карл вступил в Саксонию. Август повел с ним переговоры, находясь сам в Польше с остатками своего войска, и с ним же были русские войска под начальством Меншикова, который в это время был уже генералом. После смерти Лефорта царь больше всех любил Меншикова, который по своим дарованиям заслуживал этой любви. Он несколько времени был денщиком царя. Эта должность и трудная, и почетная. Денщики целый день находились при царе, исполняли важные приказания и были самыми доверенными людьми. Царь часто их будил и по ночам, чтобы записать что-нибудь полезное, что он придумывал. А потом почти все денщики становились знатными людьми. Меншиков же предложил напасть на шведского генерала Мердефельда, заставил и саксонцев сражаться и побил шведов наголову при городе Калише.

Но Карл покорил Саксонию, и Калишское сражение только сделало для Августа II тяжелее мир с Карлом. Они помирились, Август II заплатил много денег шведскому королю, признал

Станислава Лещинского польским королем, даже должен был написать ему поздравительное письмо и выдал Карлу XII Паткула. Последний поступок был самый несправедливый. Паткул, видя, что Август не сумеет освободить Лифляндию от шведов, поступил в службу к Петру, помогал ему завоевать Лифляндию, а потом был его посланником при Августе II. А посланников ни в каком случае нельзя выдавать. Карл XII приказал казнить Паткула самой мучительной казнью.

Потом шведский король собрал очень большое по тогдашнему времени войско, 115000 человек, и решился с трех сторон напасть на Россию: генерал Либекер из Финляндии на Петербург, Левенгаупт из Лифляндии, а сам Карл с главным войском пошел на Малороссию. Была особая причина, почему он выбрал этот путь: малороссийский гетман Мазепа задумал изменить Петру, хотя был им облагодетельствован, и царь несколько раз не верил доносам на него. Мазепа хотел Малороссию присоединить к Польше, а сам сделаться герцогом витебским и полоцким. Он обещал Карлу присоединиться к нему с казаками и доставить съестные припасы. Карл хотел непременно свергнуть Петра с престола, и когда царь предложил ему мир, обещая возвратить все завоеванные им города, кроме одного какого-нибудь в Ингрии, Карл в ответ на это назначил одного из своих генералов московским губернатором.

А.О. Ишимова, 1866 г.

Глава "Северная война" из книги История России в рассказах




Сергей Бодров-младший Алексей Жарков Екатерина Васильева Сергей Бондарчук  
 
 
 
©2006-2019 «Русское кино»
Яндекс.Метрика