Поиск на «Русском кино»
Русское кино
Нина Русланова Виктор Сухоруков Рената Литвинова Евгений Матвеев

Суворов в Швейцарии

История России. Глава XLVI

Альпийские горы, через которые пришлось Суворову перейти, чтобы из Италии попасть в Швейцарию, очень высоки, дороги через них в то время были очень дурны. Один из самых храбрых французских генералов, Лекурб, загораживал Суворову дорогу. Особенно упорное сражение было на высоте горы Сен-Готард и на одном переходе через реку, который называется Чертовым мостом. Русские одолели и прогнали французов из обоих этих мест. Отступив через один мост, французы разобрали его; русские бросились в обход их и стали карабкаться на гору; французы отступили от моста, наши притащили бревна из сарая, который стоял вблизи, офицеры перевязали их своими шарфами, и по таким мосткам наши прошли, хотя это было над пропастью в несколько сажень глубины. Первый перешел майор Мещерский, в ту же минуту был смертельно ранен и успел только сказать: "Не забудьте меня в реляции". Реляцией называется донесение о сражении. В другом месте французы сожгли мост, но русские перешли по плавающим перекладинам. Потом они пришли к такому спуску, что совсем нельзя было сходить, а разве скатиться. Внизу стояли французы и готовились напасть на наших, как только они там покажутся. Русские приостановились. Милорадович вскричал: "Посмотрите, как возьмут в плен вашего генерала!" и покатился на спине под гору. Весь отряд за ним, и французы были прогнаны.

Наши не знали тех мест, и потому путь указывали австрийцы: но куда они завели Суворова? В такое место, где с одной стороны было озеро, а со всех прочих сторон горы, которые считались непроходимыми. Суворов решился перейти одну из них. Взбираться на нее было очень тяжело; холодный туман обхватывал людей будто дождем: они почти ничего не видели и лезли вперед ощупью. Притом еще наши войска голодали, потому что австрийцы не снабдили их съестными припасами. Суворов и великий князь Константин Павлович, сын императора Павла, еще в Италии приехавший к русскому войску, разделяли все труды и нужды. Спускаться с горы стоило большого труда. Было ужасно скользко, и потому многие падали в пропасти. Наконец они спустились в Муттенскую долину, и что же там услыхали? Я уже сказала вам, что сделали австрийцы и кого нашел Суворов вместо союзников. Французский главнокомандующий Масеена так был уверен в победе, что говорил русским офицерам, бывшим у него в плену: "Я скоро приведу к вам Суворова и великого князя Константина!"

Суворов созвал на военный совет великого князя и всех генералов. Он напомнил все поступки австрийцев против него и наконец сказал: "Что нам делать? Идти назад? Стыдно: я еще никогда не отступал. Вперед идти невозможно: у Массены 60000, а у наснет и двадцати. Мы без провианта, без патронов, без пушек... Помощи нам ждать не от кого... Мы на краю гибели!" Все были очень опечалены. Суворов продолжал: "Теперь остается одна надежда на всемогущего Бога да на храбрость наших войск. Мы русские! С нами Бог! Спасите честь России! Спасите сына нашего императора!". Суворов залился слезами и бросился к ногам великого князя. Константин Павлович поднимал старика, обнимал, целовал его и, рыдая, не мог произнести ни слова. Старший из генералов Дерфельден сказал, что войско готово идти на врагов, сколько бы их ни было. Суворов отвечал: "Да, мы, русские, с помощью Божией мы все одолеем!" И тотчас же распорядился напасть на французов. Половина его войска пошла открывать дорогу в Германию, другая осталась в Муттенской долине, чтобы противиться войскам Массены.

Первая половина войска Суворова, перейдя гору Брагель, вступила в долину Кленталь. Впереди шли 2000 австрийцев, которые только и остались у Суворова, с 16000 русских. Французы в полной уйеренности, что они победят, предложили австрийцам сдаться. Австрийцы начали переговоры. Но в это время явился Багратион с русскими и напал на врагов. Подъехал и великий князь Константин Павлович. Австрийские офицеры просили его отъехать, говоря, что тут очень опасно. "Именно поэтому я и останусь", сказал великий князь и, подъехав к русскому отряду, продолжал: "Мы со всех сторон окружены, но вспомните, что завтра день рождения нашего государя и моего родителя: мы должны прославить этот день победою или умереть со славой!" Воины отвечали радостными восклицаниями. Французы были разбиты и прогнаны; много их утонуло в Клентальском озере, через которое пришлось им переходить. Но они заняли такое место вторах, где можно было обороняться от неприятелей во много раз сильнее. Несмотря на отчаянную храбрость, русские не могли их оттуда выгнать. На ночь наше войско осталось в виду неприятелей, так что даже огней нельзя было развести, потому что французы стали бы тогда стрелять наверняка. Ночь была холодная. Проливной дождь перемежался снегом. Туман был до того густ, что едва видели в двух шагах. Солдаты, измученные, голодные, почти больные, не спали всю ночь. Суворов и великий князь ночевали в каком-то хлеву.

Между тем французы напали на генерала Ребиндера, в Муттенской долине. Французов было 8000 человек, а наших сперва только 2000. Русские шесть раз ходили в штыки и были отражаемы. Они подались назад, и при этом французы захватили одну нашу пушку, сперва перебив всех, которые при ней были и отчаянно защищались. Генерал Ребиндер, увидев это, подскакал к русским войскам и вскричал: "Ребята! У нас отняли пушку, вперед!" Снова весь отряд бросился в штыки, отняли свою пушку, да еще взяли одну французскую. В это время подошел Милорадович еще с 2000 войска. Опять пошли в штыки, казаки взбирались на горы с боков неприятеля и нападали на французов. Неприятели были сбиты и принуждены поспешно отступить. Русские теснили их на протяжении более четырех верст. На следующий день французов собралось 15000, наших было только 7000. Русские бросились в штыки так стремительно, что никакая сила не могла удержать их; французам пришлось отступать по той же дороге, по которой они отступали накануне. По этому пути они заранее построили укрепления, но и это не остановило русских; они гнали неприятелей, брали пушки; все берега реки Муотты были завалены неприятельскими трупами, много французов утонуло в реке, больше тысячи их взято в плен.

В это время и князь Багратион сделал свое дело. Пользуясь темнотой ночи и туманом, наши войска заняли утесы около того места, где стояли французы; неприятели стали стрелять. Войско наше все вдруг, будто сговорившись, разом кинулось вперед с криком "ура!" Не видя впотьмах местности, они стремительно бросились на французов и сталкивали их вниз, иные и сами падали. Французы не выдержали удара; русские гнали их шесть верст, взяли несколько пушек, знамен и много пленных. Таким образом русскому войску был открыт путь в Германию, но пришлось сделать переход по горам, еще труднее прежних.

Узкая дорога, по которой они шли, от ненастья сделалась почти непроходима. При подъеме люди едва вытаскивали ноги из грязи, спотыкались и даже обрывались в пропасти. Чем больше они шли, тем труднее становился путь. Свежий снег совсем закрыл дорогу, а густые облака одели поверхность горы, так что русские должны были идти в темноте по сугробам. Проводники разбежались, и потому пришлось идти наобум. Все одинаково терпели на этом переходе: солдаты, офицеры и генералы были босы, голодны, изнурены, промочены до костей. Но они все выдержали, потому что одно слово, одна шутка Суворова во всех вселяли бодрость. Однажды на трудном переходе солдаты устали и приуныли. Суворов заметил это и вдруг изо всей силы запел:

    "Что с девушкой сделалось,
    Что с красной случилося?"

Солдаты расхохотались и позабыли свою усталость. Наконец они пришли в Германию и соединились с другими русскими войсками. Император Павел пожаловал Суворова генералиссимусом и велел ему со всем русским войском возвратиться в Россию. Он не хотел продолжать войны с французами, потому что был недоволен своими союзниками, австрийцами и англичанами. Что делали австрийцы, вы уже знаете; не лучше поступали и англичане: обманывали адмирала Ушакова, худо помогали нашим войскам в Голландии, где от этого русские потерпели большие потери; англичане опять стали нападать на нейтральные корабли. В это время во Францию воротился из египетского похода Наполеон Бонапарт, сделался правителем Франции, побил австрийцев при Маренго и завоевал у них Италию. Несколько тысяч русских были в плену во Франции. Суворов просил австрийцев разменять их на тех французских пленных, которых наши войска взяли и, уходя из Италии и Германии, оставили в руках австрийцев. Но австрийцы не согласились на это. Наполеон же освободил всех русских пленных. Император Павел был ему очень благодарен за это и помирился с Францией. Напротив, с Англией он приготовился к войне, потому что возобновил вооруженный нейтралитет и хотел защищать от англичан Данию. Но смерть императора Павла прекратила эту войну. Сын и наследник его, Александр I, помирился с англичанами. Суворов скончался еще прежде императора Павла.

В последний год царствования Павла Петровича присоединено к России царство Грузинское. Царь грузинский, Георгий, много терпевший от нападений персов и горских народов, на смертном одре завещал грузинам вступить в русское подданство. Они, видя, что только русские государи могут защищать их от сильных врагов, послушались совета Георгия, и с тех пор Грузия принадлежит России.

А.О. Ишимова, 1866 г.

Глава "Суворов в Швейцарии" из книги История России в рассказах




Сергей Бодров-младший Алексей Жарков Екатерина Васильева Сергей Бондарчук  
 
 
 
©2006-2019 «Русское кино»
Яндекс.Метрика