Поиск на «Русском кино»
Русское кино
Нина Русланова Виктор Сухоруков Рената Литвинова Евгений Матвеев

Эдуард Павулс. Творческая биография

Эдуард Павулс
Эдуард Павулс
Эдуард Павулс

Эдуард Павулс пришел в кино в 1957 году. Молодому артисту Рижскою Художественного театра повезло. В фильме Рижской киностудии "Сын рыбака" ему была поручена роль Оскара Клявы. В основу сценария лег роман Вилиса Лациса. Жизнь молодого латышского рыбака, неотделимая от судьбы его народа, в фильме вырастала в полную высокого драматизма историю становления человеческой личности и обретения ею своих прав. Образ Оскара в исполнении Павулса был пронизан тем новым миро ощущением, которое определялось временем. Дыхание времени давало актеру возможность не только критически приподняться над старым, но наполнить образ верой в правоту своих идеалов. Это был герой, уже ощутивший потребность в высоком нравственном идеале и стремящийся к тому, время чему еще не пришло. Герой опередил его.

Эдуард Павулс играл Оскара как будто ничем не отличающимся от окружающих, но его представления об естественной этической норме существования, мечта о человеческом единении, страстный протест против лжи, угнетения, разобщенности и индивидуализма, бескорыстная и мудрая любовь к людям и требовательность к ним, упрямая тяга к правде, пусть трудной, но обязательной, - делали Оскара фигурой не только незаурядной, но и непривычной. Отнюдь не "исключительной личностью", претендующей на роль вожака, был герой Павулса, а сильным, упорным, способным человеком. Его правда была мучительной, подчас трагичной, поступки казались дерзновенными, упорство - опасно героическим и тщетным одно временно. Оскар посягал не только на старые порядки, но, главное, на старый образ мышления. Он будоражил, ломал привычные робкие представления о праве, счастье, удаче.

Актер создавал характер сложный, трудными путями идущий к своему становлению. Жизнь ломала его планы, начинания давали обратную реакцию. Был трагический разрыв между идеалами и нормами бытии героя и временем, в котором он осуществлял их практически. Обстоятельства складывались так, что кооператив для рыбаков, о котором мечтал и который создавал Оскар, становился источником богатства эксплуататора. Сам герой ощущал трагическое несоответствие между своими методами и планами и тем практически реальным, что он мог дать людям, ожидающим и требующим от него.

Суровым, неподатливым и устоявшимся был окружающий быт, но Павулс играл не разлад героя с окружающим, но смычку с ним на более высоких началах. Его Оскар был разным суровым и добрым, торжествующим и ошибающимся, любящим и ненавидящим, он знал надежды и разочарования. Но при этом всегда оставался натурой цельной, внутренне независимой. Эта независимость была отличительным качеством героя Павулса. В этом была его народность и современность.

Происхождение Оскара выдавало все: суровое, выдубленное солеными недобрыми ветрами лицо рыбака, большие, сильные, натруженные руки, тяжелая уверенная поступь. Убеждала непринужденность, с какой актер чувствовал себя в специфических обстоятельствах того национального рыбацкого быта, от которого его Оскар был неотделим. "Я сам бывший рыбак. Стал актером, играл в "Сыне рыбака", - просто объяснял это Павулс. Артистизм Павулса - неброский, мягкий - в природной органичной правдивости и достоверности. Актер бывает скован, но актерская ложь, наигрыш ему чужды и противопоказаны. Это в равной степени относится и к экрану, и к сцене.

До прихода в театр и кино Эдуард Павулс закончил студию Художественного театра имени Райниса, куда пришел с ученической скамьи мореходного училища. Внешние данные актера были благодарными: высокий рост, хорошее сложение, открытое умное лицо, лучистые глаза с хитрецой, добрая, обаятельная улыбка. Парадоксально, но это настораживало - грозила опасность типажности. Внешность оказалась тем достоинством, которое приходилось преодолевать.

И не только в кино. Э. Смильгис, главный режиссер театра, где работает актер, замечал, что Э. Павулсу с его обаятельным, но простым обликом типичного латышского парня трудно давались "нетипажные" роли: Ромео - пылкого итальянца, роли героев Брехта и Райниса. Зато его Гамлета критики называли самым демократичным и самым человечным принцем в истории латышского театра.

Успех достигался путем исканий, тщательной психологической углубленности в образ. Но в кино было труднее. Сразу последовали приглашения на роли, рассчитанные лишь на внешние данные актера. Павулс не сдавался.

В фильме "Рита" у него была почти бессловесная роль Сергея. У Павулса молчание героя оправдывалось обстоятельствами. Вместе с тремя другими ранеными, людьми разных судеб и национальностей, его Сергей, спасенный латышами, оказался на маленьком чердаке школы, окружен ной врагами. Худой, измученный, обессиленный голодом и. ранением, Сергей был немногословен. Говорили глаза, то добрые и участливые, то напряженные, то гневные, то отчаянные. Они выдавали переживания человека за судьбу товарищей, с которыми он был связан одной опасностью, и их общий страх, братскую поддержку, бессилие и надежду, общую любовь и благодарность к маленькой девочке Рите, ухаживающей за ними. В Сергее жили и страх за нее, и боль, и гордость, и ответственность, сочетавшиеся у него, советского человека, с виной перед ней за свое вынужденное бездействие.

Счастливая, торжествующая, долго сдерживаемая улыбка озаряла лицо Павулса - Сергея в минуту, когда он садился за руль машины и прорывался через вражеский заслон. Руки привычно и уверенно держали баранку. Было ощущение Fie только долгожданного освобождения, но упоение любимым делом. Актер одним штрихом рассказывал о прошлом своего героя. Через деталь вырисовывался характер, намечалась биография.

Кажется, что Павулс знает о своих героях много больше, чем лежит за фактами их внешней биографии, за тем куском жизни, что непосредственно изображается на экране. Наверное, поэтому актера не пугает схематизм и стандарт некоторых сценариев и ролей. Так было с капитаном Нулем, о котором Павулс говорил: "Мне эта роль близка. Сам бывший рыбак. Сейчас с удовольствием опять надену моряцкую робу. Мой капитан славный парень. Я рад, что к концу фильма дело у него пойдет на лад: селедки наловит, с командой поладит, девушка хорошая его полюбит. Стандарт? Все зависит от того, как сделать". И актер с удовольствием опять надевал морскую робу и погружался в знакомый быт и привычную атмосферу рыбацкой жизни, скупо обрисованной в сценарии Эгона Лива. Актер доверял сценаристу, он был его единомышленником.

У автора липы нет - живой характер, - говорил Павулс, - ведь Эгон Лив - тоже из рыбаков, работает в колхозе в Лиепае. Недавно первый сборник рассказов выпустил. У него все достоверно, ну и мы постараемся. ..

На экране герой Павулса - молодой парень в свитере и резиновых рыбацких "ботфортах", глаза с хитрецой, веселые и наблюдательные. Ему привычно, хотя по обстоятельствам и нелегко, среди старых моряков. И на море он чувствует себя спокойно, в движениях - грация и свобода. Для капитана Нуля - Павулса море словно живое существо, он его любит и знает. Характер Нуля - в его поступках. "Наши рыбаки много говорить не умеют. Народ к сантиментам не склонный. Сейчас мне (капитану Нулю) сообщат, что дали новое судно. Я, конечно, буду рад, но и вида не покажу". Но немногословный капитан живет напряженной, трудной внутренней жизнью.

В фильме "После шторма" Павулс сыграл матроса Юриса. Была в нем у актера юношеская влюбленность в море, и гордость своей новой профессией, и восхищение капитаном, настоящим опытным моряком. Привычная хозяйственность и бережливость, с какою он хранит подарки для отца и невесты, выдавала в нем крестьянское происхождение. Но жила в этом веселом пареньке естественная потребность человечности и справедливости, которая становилась все мудрее и осознаннее. Юрис мужал. В наивном поступке, когда он отдавал жене капитана приготовленный для невесты платок, было уже и понимание сложности человеческих отношений.

Есть особое обаяние и поэтичность в образах рыбаков, созданных Павулсом, - в суровой сдержанности, выдержке, в каком-то особом чувстве собственного достоинства. И в этом - проявление черт национального характера.

Павулса на экране можно узнать мгновенно. Актер не прячется за внешней характерностью, он почти не меняет грима. Несхожесть его героев, их характеров обуславливается точным соотнесением с бытом и средой, их сформировавшими. Молодой, красивый, ловкий, обаятельный - таков внешне Рудис Павулса в фильме "Илзе". Обычный парень. Такой, как все. И биография только еще начинается.

Рудис Стемпс совершает преступление, становится убийцей. Исследуя истоки преступления, Павулс прослеживает путь падения человека. Актер ищет решение в моральной сфере. В классовом столкновении сына кулака и колхозницы его интересует морально-психологический аспект явления. Рудис Стемпс - сын кулака. Он тоже собственник. И не по анкетным данным. Рудис Павулса - собственник по мироощущению. Это определяет его поведение, диктует поступки. К окружающей жизни, к организуемым колхозам у него вполне определенное отношение - он их враг. Убежденный, сильный - и потому опасный. У него одна привязанность - к старому дому кулака-отца, где он мечтает стать хозяином, и к той, прежней жизни. Другое не имеет смысла, оно ему ненавистно.

Жена Илзе для Рудиса - тоже собственность, тем более, что она бесприданница. Потому по отношению к ней и проскальзывает ироничный, повелительный тон. Но обстоятельства таковы, что права собственника ускользают от него. Рудис вынужден жить двойной жизнью. Истинное отношение к происходящему Павулс раскрывает в одной прорвавшейся короткой фразе: "К чему?" - недоумевающе роняет Рудис в ответ на предложение Илзе построить новый дом для будущей жизни.

Настоящее для него временное явление. Будущее - в возвращении к прошлому. Он борется за него страстно, не зная колебаний.

Павулс создавал характер сильный, волевой, целеустремленный, но гибкое существование героя в настоящем (при полном внутреннем не приятии его) приводило к изоляции, к разрыву всех человеческих контактов. Рудис Павулса одинок. Утрата человечности оборачивалась утратой самого человека. Рудис Стемпс стрелял в жену, распознавшую в нем врага. Актер передавал сложный подтекст, лежащий за внешними поступками героя.

Рождение личности, ее становление и слияние с общей народной судьбой - вот идея образа, созданного Павулсом в фильме "Красные листья". Его Андрей Метельский проходил трудный, мучительный путь от рядового участника крестьянского восстания до сознательного, убежденного революционера, и в борьбе за свое честное имя становился личностью, неразрывно связавшей свою судьбу с общими народными интересами, идущей с народом к одной цели. Актер раскрывал сложность чувств героя, борьбу мыслей, стремлений, желаний, порой противоречащих одно другому. В самых различных ситуациях фильма, решенного в приключенческом, даже детективном плане, актер психологически точно обосновывал поведение своего героя.

Однако во многих ролях в кино актер еще не достигал той тщательности в психологической разработке образов, на уровень которых поднимались его сценические создания.

В фильме "Укротители велосипедов" Роберт Павулса велосипедистом промчался по экрану, с легкостью мастера укротив и машину, и ее изобретательницу, и, не останавливаясь для объяснений с недоумевающим зрителем, благополучно добрался до финиша.

Его учитель Янис в "Обманутых" вступал в единоборство с религией. Но при этом он ломился в открытые двери прописных истин и в тяжелые ворота монастыря, защищая от "епитимьи иод большим колоколом" и спасая "обманутых". По сценарию, за время, пока герой обучался в Москве, под власть церкви попала его мать, а невеста стала монахиней. "У вас представление о вере, как о чем-то средневековом",- говорил возвратившемуся герою ксендз. "Ты наслушался бабьих сплетен, - вторила ксендзу настоятельница. - Странно, как это образованный человек в наше время верит такой чепухе. Последняя епитимья под большим колоколом была сто лет назад". Усилия Яниса Павулса казались не только тщетными, но и наивными, представления вневременными, в них он сам оказывался обманутым. Образ опровергал идею.

Павулс - актер "опасный". Надуманную, ложную ситуацию он взрывает изнутри логикой и убежденностью создаваемого им характера. В одних случаях это приводит к неожиданному, перевернутому исходу - так произошло в "Обманутых", в других замысел раскрывается в новом ракурсе, становится более емким. Таким было решение Павулсом образа Межмала в фильме "Спасибо за весну". История первой любви юной школьницы к актеру-премьеру и нравственное обновление последнего под ее воздействием не получили на экране однозначного решения. Но в то время как режиссер и сценарист, не поверив самим себе, метались из стороны в сторону, представив - не без основания на это - чувство героини как увлечение молодой поклонницы героем-любовником и при этом пытаясь сохранить верность названию фильма "Спасибо за весну", Павулс был последователен до конца.

На экране герой и героиня оказывались погруженными каждый в свою, привычную атмосферу суетного быта, и отсюда тянулись нити тех нелепых, уродливых отношений, которые завязывались, помимо героев, вокруг них, так и не столкнув их самих ни в конфликте, ни в настоящем чувстве, в то время как вокруг них кипели страсти, обсуждалась проблема их взаимоотношений. Казалось бы, главная задача героя - разобраться в людях и фактах, уяснить себе истину, понять моральную сторону происходящего. Но Межмал Павулса сам находился в сложной ситуации.

Актер, молодой талант, любимец публики, украшение труппы, их надежда, он уже давно отождествлялся в сознании многих с его сценическими героями. Перед Межмалом Павулса не стоял вопрос быть достойным доверия. Дилемма была в другом - быть особенно требовательным к тому, что играешь, и играть в том, что ставится в театре. Герой уже прошел период раздумий. Сейчас он сориентировался в обстановке - и приспособился к ней.

Межмал Павулса актерствует. Это его привычное, постоянное состояние. Он добродушен и цинично-небрежен с товарищами по сцене, слегка надменен в нравоучительной беседе с влюбленной школьницей, снисходительно нежен с женой, улыбчиво-непроницаем с посторонними, а за всем этим - холодное равнодушие. Для него не существует ни врагов, ни единомышленников. Люди для него сменяющие друг друга партнеры, с которыми он проигрывает свои роли.

Любое положение для него сценично. Случайно оказавшись на морском берегу, он находит там каменные развалины, которые тут же ста новятся сценической площадкой. Эффектно расположившись на них, Межмал Павулса готов к выступлению. Высокий, стройный красивый мужчина в светлом коротком пальто, изящно заломленной мягкой шляпе, в кожаных перчатках, модном шарфе-косынке, с тросточкой, чуть излишне элегантный - таков Межмал для постороннего взгляда. Толстые стекла очной скрывают отсутствующий пустой взгляд.

"Мне тридцать один год. Но мне все осточертело, невзначай бросает он, - завтра генеральная и нисколько не волнует. Скверная пьеса. Случайная роль. А сегодня Ромео, и тоже не волнует". О душевной опустошенности Межмал Павулса говорит так же театрально, как и благодарит наивную девочку, вернувшую ему весну. Весны не было. Была роль. Межмал Павулса сыграл ее, не меняя своей характерности. Но для экрана сам Павулс открылся как острохарактерный актер.

Кажется, ни в одной другой своей роли Павулс не был так далек от своего героя, как в этой. Он всегда их защитник. Во всяком случае, Павулс любит идти "от себя", от своей творческой и человеческой личности. Ему нужно их совпадение, хотя, по признании) всех, писавших об актере, он принадлежит к тем людям, которые редко когда сами рассматривают и анализируют свой жизненный путь и свое творчество. Павулс не умеет рассказывать о своих ролях и вообще в жизни не чувствует себя актером. Славу и любовь зрителей к нему он принимает смущенный, как бы не зная, как за все это отблагодарить. И всегда в работе он полон неудовлетворенности собой, сомнений и вопросов. Для него творчество - это труд, упорство, преодоление.

За десять лет работы в кино Эдуард Павулс создал целую галерею образов. Но, думается, это лишь начало большой и сложной жизни актера в кино.

Имя актера встречается в титрах фильмов, снятых на студиях различных республик страны. Сейчас фильмы республиканских студий становятся в общий ряд большого киноискусства.

Павулса ждут его новые герои.

Р. Карпина, 1968



» Звезды нашего кино




Сергей Бодров-младший Алексей Жарков Екатерина Васильева Сергей Бондарчук  
 
 
 
©2006-2018 «Русское кино»
Яндекс.Метрика