Поиск на «Русском кино»
Русское кино
Нина Русланова Виктор Сухоруков Рената Литвинова Евгений Матвеев

Стево Жигон. "Монолог о театре". Сокрытие истины

Главного персонажа драмы "Платонов", этого самого Платонова, все любят, им восхищаются, а между тем он мимоходом, в течение одной ночи обольщает жену своего лучшего друга, который венчался с ней всего неделю тому назад. В эту же самую ночь ему удается совратить и саму графиню, к которой он приглашен вместе с женой на ужин. Эта самая графиня чуть раньше провоцирует некоего лесного бродягу, доводит его до состояния бешеного вожделения и после толкает ногой и топчет. В ту самую ночь Платонову удается соблазнить и наивную невинную учительницу и заставить ее изменить своему дражайшему, который одновременно является одним из лучших друзей Платонова. В конце Платонова убивает из пистолета одна из этих униженных и обманутых женщин. Он всем читает проповеди, а у самого не было ни сил, ни желания закончить университет. Без сомнения, он исключительно умен, при этом он красив, обаятелен, остроумен, но все это растворяется в кислоте его анархического и деструктивного характера.

В пьесе "Иванов" главный персонаж (Иванов) в молодости проводит реформы в своем имении, заботится об образовании и здоровье своих мужиков, копает каналы для обводнения, за все берется, все намеревается сделать, но ничего не доводит до конца. Начинает сам себя презирать, понимает, что сам виноват и в том, что имение приходит в упадок и что ленив, самонадеян, подвержен влиянию других людей: "Как я презираю себя...", "Я устал, не верю больше..." Жене, которой обещал вечную любовь и которая теперь умирает от туберкулеза, изменяет с чуть ли не малолетней дочерью своего соседа, старого друга. В то время как жена умирает, он бежит от ее умоляющего взгляда на встречу с девушкой, которая годится ему в дочери. Договаривается о свадьбе неприлично скоро после смерти жены. На этой свадьбе он снова кается, умоляет невесту простить и оставить его. Доводит до отчаяния людей, которым он дорог и которые ему дороги, и в итоге на самой свадьбе кончает жизнь самоубийством.

В "Чайке" юноша, заброшенный матерью, пытается написать драму, которая должна совершить революцию в театре. Естественно, это ему не удается. Зато удается убить чайку, цинично заявляя, что убил ее "из подлости", и бросить к ногам девушки, в которую влюблен. В этой самой пьесе один знаменитый писатель обманывает ту самую девушку, у нее рождается ребенок, который умирает, а писатель, не моргнув глазом, возвращается к своим старым привычкам. В конце пьесы несчастный юноша кончает с собой, так как понимает, что его амбиции неосуществимы и он вовсе не тот человек, который может создать что-либо новое. Можно сказать, что он убивает себя из "невыносимого самолюбия".

В драме "Дядя Ваня" тот самый дядя, сын первой жены профессора Серебрякова, только на старости лет понимает, что всю свою жизнь работал в имении на этого профессора, веря в его гениальность, а тот в действительности оказался обычным, бесполезным, надутым паразитом. В момент помешательства он стреляет в профессора, но промахивается. Прекрасная супруга "профессора-паразита", за которой ухаживает человек большого сердца, сельский врач Астров, отвергает это большое сердце и хочет остаться верной своему бесполезному мужу. Может быть, именно в этой ледяной красоте жены паразита Чехову удалось показать глубину падения человечности: нет ничего омерзительнее, чем союз красоты с уважаемой ничтожностью.

В драме "Три сестры" сумасшедший офицер безо всякого повода убивает на дуэли жениха самой младшей из сестер, а профессор математики притворяется, будто не знает, что его красавица-жена изменяет ему с краснобаем командиром батареи, который в конце пьесы покидает гарнизон. В этой же драме, как и во многих других произведениях русской литературы, дотла выгорает половина города, и именно та половина, в которой в деревянных домах живет беднота, а одна ничтожная женщина-ведьма, которой удается выйти замуж за брата трех сестер, разоряет прекрасный дом и дух благородства в нем. И пока ее скучный муж катает в коляске новорожденного, она развлекается с градоначальником.

В последней его драме "Вишневый сад" внук покупает на аукционе дворянское гнездо вместе с имением, где его дед был крепостным. И в то время как заколачивают досками окна и двери проданного дома, из сада слышны удары топоров - это немилосердно вырубают ряды прекрасных цветущих вишен. Новый хозяин, буржуй, посадит здесь что-нибудь другое, что принесет большую прибыль. А в заколоченном брошенном доме остается беспомощный, даже не в состоянии подать голос, старый слуга Фирс, о котором не знают даже, сколько ему лет и который остается здесь умирать, всеми брошенный и забытый.

Все это свидетельствует о том, что исчезает целый идиллический мир. По правде говоря, мир этот вовсе и не был идиллическим. Только из вышеупомянутых фактов видно, что он был порочен, смешон своей несостоятельностью и жесток в отношениях и поступках.

Несложно в Чехове, которого все знатоки прославляют как поэта меланхолической атмосферы и печальной гибели идеализированного класса "аристократов-благотворителей", узнать неумолимого ликвидатора этого паразитического класса. Нам нетрудно установить, что Чехов - прямой наследник немилосердного сатирика Николая Гоголя. Может быть, именно поэтому Чехов так презрительно насмехается над Тургеневым - Тригориным, не понимающим, что дворянские гнезда полны безумных паразитов, причитающих над лесами, которые они сами вырубают, и безжалостно эксплуатирующих своих бывших крепостных. Ставя "Чайку" в Народном театре в Белграде, я еще не осознавал всех этих фактов. Глядя свой спектакль, я все больше понимал, что, легкомысленно отбрасывая некоторые части чеховского текста, поверхностно "разгребая чеховскую породу", я лишился в некоторой степени возможности показать Чехова таким, какой он есть: жестоким сатириком, а не насмешливым описателем неминуемой гибели былой незаслуженной идиллии. Думаю, что Чехов своими драмами, да и многими своими рассказами звал Россию проснуться. Правда, он не знал, что делать, как и Гоголь не знал, куда мчится эта обезумевшая тройка в финале поэмы "Мертвые души".



Библиотека » Стево Жигон. "Монолог о театре"




Сергей Бодров-младший Алексей Жарков Екатерина Васильева Сергей Бондарчук  
 
 
 
©2006-2019 «Русское кино»
Яндекс.Метрика